Скачать
Скачать
Скачать
Kail
Организатор
- Регистрация
- 09.04.2020
- Сообщения
- 423 975
- Реакции
- 42 127
- Монеты
- 1 191
- Оплачено
- 0
- Баллы
- 0
- #SkladchinaVip
- #1
Терапевтические отношения как инструмент и как данность [Федор Коноров]
- Ссылка на картинку
-
Авторский лекционный курс Федора Конорова «Терапевтические отношения как инструмент и как данность».
Характеристики:
Часть 1. Дилеммы терапевтических отношений
Речь пойдет об истории вопроса, многообразии взглядов и актуальных дилеммах в гештальт-подходе. На данный момент практикующие в этой модальности специалисты придерживаются достаточно разных взглядов, а также часто заимствуют принципы из других подходов. Все это поле можно описать с помощью некоторых дилемм.
Например, существует дилемма, касающаяся позиции терапевта. С одной стороны, он может быть достаточно закрытым, выступая «экраном для проекций». С другой стороны, он может активно прибегать к самораскрытию. Возникают вопросы: что из этого является терапевтическим? Каким клиентам подходит та или иная полярность? Возможно ли их сочетание, и не является ли это противоречием?
Другая дилемма касается степени активности терапевта. Он может занимать активную позицию: предлагать свои взгляды, идеи, интерпретировать смыслы, делиться опытом. Альтернативный подход заключается в том, чтобы этого не делать, а исключительно поддерживать развитие процесса, оставаясь феноменологичным и работая, например, только с телесными проявлениями, не привнося смысловую часть.
Третья дилемма связана с фокусом терапии. Для одних терапевтические отношения — это пространство для исследования отношенческих паттернов, того, что видно и заметно между терапевтом и клиентом. Другие возражают, утверждая, что важно исследовать такую загадочную вещь, как бессознательное, которое лежит за пределами наблюдаемых отношений.
Эти дилеммы делают практику каждого терапевта и устройство терапевтических отношений с клиентом очень разными. Осознание этого является крайне важным. Большая проблема возникает, когда у специалистов нет достаточного понимания принципов своей работы. Они могут заимствовать отдельные элементы у коллег или из книг и начинают бессистемно смешивать разные подходы. Это приводит к путанице и миксу, который не полезен для терапии.
Далее будет рассмотрен вопрос о том, чем терапевтические отношения отличаются от обычных и что является критерием их «терапевтичности». В чем разница между терапевтической коммуникацией и обычным разговором, который со стороны может выглядеть очень похоже?
Будет затронут и исторический аспект, но не с целью изложения полной истории, а для освещения ключевых идей. Речь пойдет о моменте, когда начались разговоры об отношениях, и о ранних спорах в психотерапии, например, о знаменитой дискуссии Фрейда и Ференци. Фрейд отстаивал нейтральную позицию аналитика, тогда как Ференци предлагал «активную технику». Впоследствии появились другие школы, такие как интерсубъективная, а затем — гештальт-терапия. Примечательно, что в ранней гештальт-терапии, например, в книге 1951 года, речь не шла ни об интерсубъективности, ни об исследовании отношений. Однако к 80-м годам фокус сместился на исследование отношений, а то, с чем работал Перлз на видео (например, с полярностями и частями личности), было отчасти утрачено.
Наконец, будет рассмотрен вопрос о работе с переносом в гештальт-подходе. Как сочетается диалогический подход, где задачей является проявление каждого участника как отдельной личности, с концепцией переноса? Ведь в аналитической традиции существует мысль о том, что перенос специально развивается и создаются условия для этого. Сочетаются ли эти позиции? Как быть с диалогической моделью, если сегодня многие обращаются к определенным аналитическим идеям?
Часть 2. Сеттинг как инструмент
Вторая часть посвящена значению сеттинга и тому, как он формирует и развивает терапевтические отношения. Важно будет отойти от идеи, что сеттинг — это лишь набор юридических правил, которые предъявляются клиенту. Речь пойдет о сеттинге в его символическом значении и о той работе, которую он выполняет для психики.
Будет рассмотрен вопрос о значении сеттинга для самого терапевта, а не только для клиента. Часто подразумевается, что терапевт — это человек, не подверженный импульсам, но это не так. Как терапевт может замечать сигналы через собственные импульсы нарушить сеттинг?
Далее, необходимо будет поговорить о сеттинге как о «третьем» в отношениях клиента и терапевта. Также будет затронут вопрос о посредниках, существующих в современном терапевтическом мире, а именно об агрегаторах. Будет проанализирована их роль: как они вписываются, вмешиваются или включаются в сеттинг, без оценочных суждений, а с целью разобраться в их месте в этой структуре.
Ключевой темой станет отыгрывание (acting out) — что происходит, когда сеттинг нарушается клиентом или терапевтом. Будет представлен взгляд, согласно которому нарушение сеттинга — это не просто повод для восстановления правил, а важнейший терапевтический инструмент. Обращение с этим явлением не через восстановление порядка, а через исследование, позволяет подобраться к очень сложным вещам в психике клиента, которые бывает трудно проявить в терапии иным способом.
Часть 3. Формы присутствия терапевта: характерологическая вынужденность, осознанный выбор или личные капризы
Поднимается важный вопрос о том, чем обусловлен стиль работы терапевта: самораскрывается он или нет, эмоционален ли, говорит ли о чувствах, активно строит отношения или остается пассивен. Является ли это его осознанным теоретическим взглядом? Или это просто особенность его характера, и по-другому он не может? Второй вариант приемлем, но важно понимать, на что человек способен в силу своего характера. Здесь часто возникает серьезная путаница, когда теоретические обоснования и настойчивость в них маскируют характерологические особенности. Важно разделять теорию и характер.
Соответственно, речь пойдет об осознанном выборе и о «капризах». Терапевт имеет огромные возможности для реализации своих притязаний, импульсов и капризов в терапии. Важно замечать, где и как он может реализовывать свои стремления (например, желание власти, подчинения или подчиняться, соблазнять или быть соблазненным).
Будут рассмотрены форма, степень, своевременность и осмысленность самораскрытия. Также пойдет речь об исследовании отношений: зачем и как оно проводится. Будет проанализировано, когда такое исследование может быть вторжением для клиента, а когда оно направлено на осознание устойчивых паттернов. Обсуждается роль гештальт-эксперимента в этом исследовании: где граница между исследованием и предложением получить новый опыт? Где предложение получить новый опыт превращается в бихевиоральный тренинг, что уже не является гештальт-терапией?
Особое внимание будет уделено теме внешней реальности в терапевтических отношениях — это нетривиальный и очень спорный вопрос. Как интерпретировать упоминания внешней реальности? Как то, в чем оба участника находятся вместе? Как послание терапевту? Или как отыгрывание со стороны терапевта, который переводит разговор в эту сторону?
Наконец, будет затронута тема эмоциональной поддержки и понятия эмоционального удовлетворения в терапии. Дается ли в терапии «наполнение», «насыщение», «напитывание», или терапевт должен больше фрустрировать клиента, чтобы за счет этой фрустрации тот мог больше о себе осознавать? Где проходит эта грань, и как она меняет терапевтические отношения? Связана ли она с теоретическим выбором или опять же с характером специалиста? Вот круг вопросов, которые будут обсуждаться.
Преподаватель Фёдор Коноров:
Характеристики:
- Кол-во модулей: 3
- Длительность: 3 часа
Часть 1. Дилеммы терапевтических отношений
Речь пойдет об истории вопроса, многообразии взглядов и актуальных дилеммах в гештальт-подходе. На данный момент практикующие в этой модальности специалисты придерживаются достаточно разных взглядов, а также часто заимствуют принципы из других подходов. Все это поле можно описать с помощью некоторых дилемм.
Например, существует дилемма, касающаяся позиции терапевта. С одной стороны, он может быть достаточно закрытым, выступая «экраном для проекций». С другой стороны, он может активно прибегать к самораскрытию. Возникают вопросы: что из этого является терапевтическим? Каким клиентам подходит та или иная полярность? Возможно ли их сочетание, и не является ли это противоречием?
Другая дилемма касается степени активности терапевта. Он может занимать активную позицию: предлагать свои взгляды, идеи, интерпретировать смыслы, делиться опытом. Альтернативный подход заключается в том, чтобы этого не делать, а исключительно поддерживать развитие процесса, оставаясь феноменологичным и работая, например, только с телесными проявлениями, не привнося смысловую часть.
Третья дилемма связана с фокусом терапии. Для одних терапевтические отношения — это пространство для исследования отношенческих паттернов, того, что видно и заметно между терапевтом и клиентом. Другие возражают, утверждая, что важно исследовать такую загадочную вещь, как бессознательное, которое лежит за пределами наблюдаемых отношений.
Эти дилеммы делают практику каждого терапевта и устройство терапевтических отношений с клиентом очень разными. Осознание этого является крайне важным. Большая проблема возникает, когда у специалистов нет достаточного понимания принципов своей работы. Они могут заимствовать отдельные элементы у коллег или из книг и начинают бессистемно смешивать разные подходы. Это приводит к путанице и миксу, который не полезен для терапии.
Далее будет рассмотрен вопрос о том, чем терапевтические отношения отличаются от обычных и что является критерием их «терапевтичности». В чем разница между терапевтической коммуникацией и обычным разговором, который со стороны может выглядеть очень похоже?
Будет затронут и исторический аспект, но не с целью изложения полной истории, а для освещения ключевых идей. Речь пойдет о моменте, когда начались разговоры об отношениях, и о ранних спорах в психотерапии, например, о знаменитой дискуссии Фрейда и Ференци. Фрейд отстаивал нейтральную позицию аналитика, тогда как Ференци предлагал «активную технику». Впоследствии появились другие школы, такие как интерсубъективная, а затем — гештальт-терапия. Примечательно, что в ранней гештальт-терапии, например, в книге 1951 года, речь не шла ни об интерсубъективности, ни об исследовании отношений. Однако к 80-м годам фокус сместился на исследование отношений, а то, с чем работал Перлз на видео (например, с полярностями и частями личности), было отчасти утрачено.
Наконец, будет рассмотрен вопрос о работе с переносом в гештальт-подходе. Как сочетается диалогический подход, где задачей является проявление каждого участника как отдельной личности, с концепцией переноса? Ведь в аналитической традиции существует мысль о том, что перенос специально развивается и создаются условия для этого. Сочетаются ли эти позиции? Как быть с диалогической моделью, если сегодня многие обращаются к определенным аналитическим идеям?
Часть 2. Сеттинг как инструмент
Вторая часть посвящена значению сеттинга и тому, как он формирует и развивает терапевтические отношения. Важно будет отойти от идеи, что сеттинг — это лишь набор юридических правил, которые предъявляются клиенту. Речь пойдет о сеттинге в его символическом значении и о той работе, которую он выполняет для психики.
Будет рассмотрен вопрос о значении сеттинга для самого терапевта, а не только для клиента. Часто подразумевается, что терапевт — это человек, не подверженный импульсам, но это не так. Как терапевт может замечать сигналы через собственные импульсы нарушить сеттинг?
Далее, необходимо будет поговорить о сеттинге как о «третьем» в отношениях клиента и терапевта. Также будет затронут вопрос о посредниках, существующих в современном терапевтическом мире, а именно об агрегаторах. Будет проанализирована их роль: как они вписываются, вмешиваются или включаются в сеттинг, без оценочных суждений, а с целью разобраться в их месте в этой структуре.
Ключевой темой станет отыгрывание (acting out) — что происходит, когда сеттинг нарушается клиентом или терапевтом. Будет представлен взгляд, согласно которому нарушение сеттинга — это не просто повод для восстановления правил, а важнейший терапевтический инструмент. Обращение с этим явлением не через восстановление порядка, а через исследование, позволяет подобраться к очень сложным вещам в психике клиента, которые бывает трудно проявить в терапии иным способом.
Часть 3. Формы присутствия терапевта: характерологическая вынужденность, осознанный выбор или личные капризы
Поднимается важный вопрос о том, чем обусловлен стиль работы терапевта: самораскрывается он или нет, эмоционален ли, говорит ли о чувствах, активно строит отношения или остается пассивен. Является ли это его осознанным теоретическим взглядом? Или это просто особенность его характера, и по-другому он не может? Второй вариант приемлем, но важно понимать, на что человек способен в силу своего характера. Здесь часто возникает серьезная путаница, когда теоретические обоснования и настойчивость в них маскируют характерологические особенности. Важно разделять теорию и характер.
Соответственно, речь пойдет об осознанном выборе и о «капризах». Терапевт имеет огромные возможности для реализации своих притязаний, импульсов и капризов в терапии. Важно замечать, где и как он может реализовывать свои стремления (например, желание власти, подчинения или подчиняться, соблазнять или быть соблазненным).
Будут рассмотрены форма, степень, своевременность и осмысленность самораскрытия. Также пойдет речь об исследовании отношений: зачем и как оно проводится. Будет проанализировано, когда такое исследование может быть вторжением для клиента, а когда оно направлено на осознание устойчивых паттернов. Обсуждается роль гештальт-эксперимента в этом исследовании: где граница между исследованием и предложением получить новый опыт? Где предложение получить новый опыт превращается в бихевиоральный тренинг, что уже не является гештальт-терапией?
Особое внимание будет уделено теме внешней реальности в терапевтических отношениях — это нетривиальный и очень спорный вопрос. Как интерпретировать упоминания внешней реальности? Как то, в чем оба участника находятся вместе? Как послание терапевту? Или как отыгрывание со стороны терапевта, который переводит разговор в эту сторону?
Наконец, будет затронута тема эмоциональной поддержки и понятия эмоционального удовлетворения в терапии. Дается ли в терапии «наполнение», «насыщение», «напитывание», или терапевт должен больше фрустрировать клиента, чтобы за счет этой фрустрации тот мог больше о себе осознавать? Где проходит эта грань, и как она меняет терапевтические отношения? Связана ли она с теоретическим выбором или опять же с характером специалиста? Вот круг вопросов, которые будут обсуждаться.
Преподаватель Фёдор Коноров:
- Психолог, тренер программы "Московский Гештальт Институт", супервизор и аккредитованный гештальт-терапевт Общества Практикующих Психологов "Гештальт-подход"
- Cоавтор книги "Способность любить. Как строить отношения после потерь и разочарований". Частная практика с 2004 года. Стаж ведения программ подготовки гештальт-терапевтов более 10 лет.
Показать больше